Главное

Рейтинг авторов
Как стать репортером
Правила
  • Архив новостей
  • Архив новостей
    ПНВТСРЧТПТСБВС
    30123456
    78910111213
    14151617181920
    21222324252627
    28293031123
  • Популярное

Лента новостей


8 июля 2013 в 14:50
Рус Бел

Моей маме исполнилось 85 лет. Прожила всю жизнь честно, в труде, вырастила практически одна троих детей (папа умер в 42 года, с тех пор она одна). Так случилось, что мы, дети, разъехались по городам, и сами устраивали свою жизнь, кто как смог. В последнее время мама жила с моим братом на своей родине в Витебской области. В 2010 году, брат скоропостижно скончался, и мама слегла.

После смерти брата мама перестала меня узнавать, не помнила где она находится, иногда только могла назвать свое имя. Для того, чтобы заботится о ней, представлять ее интересы, мне дали рекомендации лишать ее дееспособности и оформлять опекунство. Без этого мама была бесправна и я тоже юридически не могла представлять ее интересы.

В мае 2012 года мама была лишена дееспособности, и я впоследствии назначена ее опекуном. Сначала она находилась в больнице на лечении, потом на социальной койке по уходу (я не могла о ней позаботиться – сама боролась с онкологией, после операции, химиотерапии и облучения). Витебская область, где находилась эта больница, от Минска в 170 км. Хорошие знакомые помогали мне ездить туда и проведывать маму, но это получалось редко, 1-2 раза в месяц.

В 2012 году, я приняла решение перевести маму в Минск, чтобы чаще с ней видеться и иметь возможность о ней заботиться. Я обратилась в Колодищанскую больницу сестринского ухода. Поскольку мама находилась в лечебном учреждении, мне сказали, что для оформления мамы достаточно выписки из больницы, где она находится. Я привезла маму, выписку из больницы, и 10 июля 2012 года заключила договор об оказании услуг по уходу.

Все началось с того, что мама вела себя беспокойно, видимо, так проходила адаптация. Меня как опекуна поставили в известность, что будут вызывать психиатра для консультации - я дала согласие. Психиатры назначили "Клопиксол", мне дали рецепт, я купила и отдала препарат старшей медсестре. С 5 августа мама получала этот препарат. Когда я ее навещала, мама была активна, садилась на кровати, разговаривала, а медперсонал говорил мне, что моя мама очень красиво поет (она в молодости пела в самодеятельности, и она им пела). Я радовалась, что мама рядом, ездила к ней почти каждый день и строила планы, как мне ее забрать домой и обеспечить уход, так как мама не ходит и к тому времени уже пользовались подгузниками.

В тот страшный день, 30 августа 2012 года, с которого начался мой ад, я приехала к маме как обычно, хотела ееискупать и привезла ей ягоды. Перед входом в больницу сидела дежурная медсестра, я остановилась, поздоровалась, спросила как мама, можно ли к ней пройти. Медсестра, покуривая сигарету, сказала мне, что идти бесполезно - мама спит. В 19 часов - спросила я. Она ответила, что таблетки, которые маме прописал психиатр закончились (меня никто об этом не предупреждал) и она дала маме другие. Я спросила, могу ли я все-таки дать маме ягоды, на что медсестра разозлилась и сказала: "Вы что, не понимаете, что она "мясо"?

Я прошла к маме, она спала крепким сном. Я не стала выяснять, что за таблетки, и почему давали без предписания врача, думала, мама проспится и все. На следующий день, 31 августа в обед, я приехала к маме. Она сидела в инвалидной коляске, голова безжизненно свисала на грудь, а санитарка ее стригла. Я начала кричать – "Что вы делаете, она же без сознания", на что мне ответили "Сегодня всех стрижем!"

Я уложила маму в постель и решила приехать вечером. Вечером этого же дня я приехала снова и увидела маму опять без сознания, при дыхании со рта выделялась пена, а вся подушка была в рвотных массах. Я стала звать медсестру, спрашивать, что с мамой, что это на подушке, она спокойно мне сказала: "Все нормально, а на подушке – это слюнка потекла". Я стала требовать оказания помощи.

Я сама вызвала скорую помощь, приехала она через 3 часа. Вызывала милицию – она так и не приехала. При опросе медсестры врачом скорой помощи та призналась, что вчера маме давали таблетки "Клоназепам", которые ей не назначены. Бригадой скорой помощи был поставлен диагноз – "медикаментозное отравление", маме поставили капельницу и повезли в больницу.

Я была уверена, что в больнице возьмут токсикологические анализы, при таком диагнозе, но никто никаких анализов не брал, а на мое требование ответили, что "сегодня пятница, их некому делать". Маму поместили в реанимацию с диагнозом "медикаментозное отравление", это уже было 1 сентября. Врачи реанимации на вопросы о диагнозе ничего не отвечали, о состоянии ответили – "стабильно тяжелое".

С этим "стабильно тяжелым" состоянием маму переводят в отделение неврологии, и уже 4 сентября (через 3 дня после реанимации), везут в РНПЦ психического здоровья. При выписке пишут диагноз – "энцефалопатия". В Новинках маму не принимают, говорят, что бабушка не нуждается в психиатрической помощи. И как преступники-убийцы избавляются от трупа, так эти "медики" избавлялись от мамы. В РНПЦ психического здоровья 4 августа маму не принимают и везут обратно в Колодищанскую БСУ, несмотря на их предписания и заключения, что она не может там находится ввиду психического заболевания.

Меня об этих переводах и перевозках никто не ставит в известность ни как дочь, ни как опекуна. После всего этого мама только лежит и открывает рот, когда кормишь с ложки, не разговаривает. В октябре 2012 года маме установлена 1 группа инвалидности.

Я писала в Минздрав, в Администрацию президента, КГК, РУВД, прокуратуру. Везде ответ: "противоправных действий медработников не выявлено". Обратилась в СК по Минскому району, вчера получила письмо с уведомлением – в возбуждении уголовного дела отказано. И почему-то следователь рассматривал ст. 162 УК, а не статьи 159 и 161 УК. Разве они не при чем? Оставление в опасности и неоказание помощи разве не было? Если бы я не приехала и сама не вызвала скорую, моей мамы уже не было бы в живых.

Люди добрые, помогите мне наказать зло, из-за которого моя мама и я вместе с ней прошли через этот ад и муки. Мама уже не поет, а только смотрит и молчит, а мое сердце обливается кровью видеть какая она стала.

Прости меня, мама, что я обманула тебя, что кругом хорошие люди и помогут мне о тебе позаботиться. Я сама верила, а напрасно - вместо ухода эти люди чуть не обеспечили тебе "уход из жизни". И, возможно, до сих пор такой "уход" обеспечивают другим старикам, возомнив себя богами, чтобы решать, кому хватит жить! Мне неоднократно там говорилось – "молите бога, чтобы она умерла".

Никто не отказывается в старости заботится о родителях, но есть жизненные ситуации, когда и мы нуждаемся в помощи. Тем более, политика нашего государства позиционируется как социально-направленная. Так кому доверить наших родных и от кого ждать помощи? А если уж эту помощь обещают, то с кого спросить, если эта помощь оказалась почти убийством?

Фото/видео в материале предоставлены автором.

Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов.
Персональную ответственность за достоверность изложенных фактов и соответствие материалов требованиям законодательства несут их авторы.